Italy: the mystery of blood

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Italy: the mystery of blood » . present » «Воссоединение четы Альба»


«Воссоединение четы Альба»

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Название: «Воссоединение четы Альба»
Дата  и длительность эпизода: 12 - 14 июля 1476 года.
Место событий: Замок Альба, Генуя, Италия.
Участники: Федерико и Бьянка Альба.
Краткая суть:
Для кого-то возвращение мужа с войны подобно празднику. Для донны Бьянки наступают самые грустные и унизительные дни.
Предыдущий эпизод:
Последующий:

+1

2

Дон Марко уже второй раз говорил о своей жене. В преддверии скорого свидания испанец был крайне словоохотлив, он уже по третьему разу перечислял достоинства своей избранницы. Не он один. Женатые адмиралы ворковали не хуже голубей, герцог Альба не осуждал их. Эта экспедиция не принесла им особого удовольствия. Усмирять итальяшек крайне неблагодарное занятие, сегодня они мечтают вспороть друг другу животы, завтра благословляют своих детей на брак друг с другом и крестят внуков, а на следующий день собирают воинов для военного похода на Рим. «Паписты». Так презрительно называли итальянцы - войско Папы, забывая о своем долге перед Церковью.
Доспехи сдавливали тело, Альба думал о том, чтобы скорее избавиться от них и своих словоохотливых попутчиков. Ему совершенно не хотелось возвращаться в Геную. Федерико нечего было рассказать о своей жене. Юная красивая, точно богиня, итальянка была слишком хороша для него. Писем из дома несгибаемый герцог ждал с дурным предчувствием, представляя свои рога - ветвистые как у оленя, или гнутые, как у быка. Ни один из мужчин рода Альба не был настолько опозорен. Но так как герцог должен был оставаться примером для остальных, ему приходилось изредка выдавливать из себя пространные фразы о «тепле» семейного очага и красоте молодой жены. При этом его взгляд улавливал те особенные – «масляные взгляды», которыми обменивались собеседники. За каждый такой взгляд он мог бы вызвать на дуэль. Федерико вряд ли смог хоть кому-то из них показать жену. Слишком хороша. Письмо от кузины до сих пор было не распечатано, Альба не слишком полагался на женские слова.
***
Его встречали с некоторой помпой, чем совершенно не обрадовали «Железного герцога». Федерико желал как можно скорее оказаться дома и снять доспехи. Лишь после часового отдыха в бане, испанец ощутил себя живым. По домашнему этикету, его жена и кузина не должны беспокоить его и пытаться увидеть. Вкушая виноград и попивая вино, нехотя подумалось о рассказах его товарищей по оружию. Они, должно быть, куда более активно проводят время. Тонкая улыбка искривила губы мужчины, ревность, подтачивающая сердце, отчаянно искала выхода. Осушив пару бутылок вина, Альба встал из купальни, надел домашний халат и, открыв потайную дверь, направился к жене, желая застать ее без подружек-служанок. Герцог устал от посторонних звуков, поэтому не хотел видеть кого-то еще, кроме Бьянки.
«Не верна. Тот мальчишка – паж, сблизился с нею. Развратница.»
Ревность отравляла его сердце и мысли, мужчина ускорил шаг, лицо заострилось, приобретая вовсе «орлиный профиль». Хотелось узнать правду.
«Она будет все отрицать».
От мыслей становилось только тяжелее, но оставаться у себя Федерико не мог, и не идти к ней тоже не мог. Оказавшись перед входом на ее половину, герцог остановился и коснулся разгоряченным лбом каменной кладки. Он ведь уже давно не мальчик, но то, что его скорее всего оставили в дураках, болезненно ударило по самолюбию. Понадобилось несколько минут, прежде чем герцог постучался.

+1

3

Июль избрал в качестве геральдических символов духоту и невыносимый зной, и теперь гордо шествовал по Италии, неся свой герб двух цветов: густ-охряного и язвенно-алого. Не обошла поистине дурная погода и Геную, где, гордый и тяжеловесный, замок герцогской четы возвышался над крышами домов, подобно Голиафу - над головами многочисленных хилых Давидов. Однако, в отличие от легендарного великана, это строение было вполне надежным, в том числе - если требовалось спрятаться от жары.
О скором прибытии супруга герцогиня была оповещена загодя, и с самого раннего утра работа в замке Альба кипела. Густо покрытые неотмывающейся копотью котлы внезапно только что не засверкали, отмытые руками немногочисленных слуг, и теперь весело побулькивали варевом густой, ароматной луковой похлебки. Хозяин должен был вернуться домой в одиночестве, но всё выглядело так, словно ждали, по меньшей мере, десяток почетных гостей.
Худенькие, юные пажи начищали башмаки. Тончайший слой пыли, там, где он испуганно прятался от всевидящих глаз горничных, теперь был выметен из самых укромных мест.  За этим лично следила госпожа Альба, которая не спала всю предыдущую ночь и теперь, несмотря на внешнее спокойствие, чрезвычайно нервничала - как и всегда перед возвращением Федерико.
Большую часть времени, к некоторому счастью изо дня в день скучающей в стенах замка Бьянки, муж проводил в походах, либо находился с дипломатическим визитом у очередного потенциального союзника Его Святейшества. Последнее, впрочем, реже. В общей сложности, за почти два года замужества герцогиня видела мужа всего девять раз. Дома он проводил обычно всего по нескольку дней, после чего вновь отбывал. Однако даже этих нескольких дней молодой женщине хватало, чтобы ее душевное (а порой и физическое) здоровье пребывало расшатанным еще пару месяцев.
За день до приезда супруга герцогиня тщательно перебрала все свои письма: только от матери, что было хорошо. Попыталась вспомнить, как часто и по какой причине покидала замок, что, впрочем, было бесполезно: ее оправдания все равно в расчет принимались редко.
Скандалы с мужем, если вдуматься, скандалами не были. На повышенных тонах супруги беседовали не так уж часто. Больше всего их беседы напоминали допрос, предшествующий суду над ведьмой: необходимая формальность перед оглашением уже вынесенного приговора. Приговоренной была она, Бьянка: якобы распутница и совершенно точно - ненавистная жена, навязанная влиятельным родственником.
Когда все приготовления к возвращению хозяина замка были окончены, испанка осталась ждать мужа в своей комнате. Она надела платье, более всего подошедшее бы вдове: наглухо закрытое, с длинным рукавом и воротником под горло. Чересчур лаконичное и темное для женщины ее возраста и положения, оно, тем не менее, придавало герцогине вид траурно-торжественный, а не мрачный. Русые волосы были убраны в простую и скромную прическу, украшенную заколкой с матово и белесо поблескивавшей крупной жемчужиной.
Постучалась служанка, которую Бьянка попросила проследить за господином, сообщила еле слышно, что герцог опустошил минимум одну бутылку и принял ванну. Теперь оставалось лишь ждать: либо Федерико сразу отправится спать к себе, либо вознамерится вначале проведать жену. Сердце племянницы понтифика в какой-то момент пропустило удар, и в эту слегка задохнувшуюся паузу вписался стук в дверь.
- Войдите, - проговорила герцогиня, вставая из жесткого, как и вся мебель в доме, кресла. От волнения у нее дрожали руки, но Бьянка умело хранила на смуглом лице печать сдержанной радости и покорности, как и подобало хорошей жене.

+1

4

Ее голос был неприятен его слуху, если бы испанка увидела лицо Федерико в это мгновение, то непременно бы отшатнулась.  Губы сжались в тонкую прямую линию, брови угрюмо сдвинулись к переносице, а крылья носа хищно раздулись, таким Альба бывал лишь в пучине сражения, когда один из противников умудрялся убить под ним лошадь или задеть его самого. Мужчина все стоял перед дверью, стараясь удержать себя в рамках. Если бы Бьянка не была родственницей Папы, он давно заточил ее в монастырь, а родителям отдал бы приданое. Альба не привык ощущать такого беспокойства за свое жилище и домочадцев. Мужчина уже отметил, что в замке прибавилось молодых конюхов и пажей. Федерико был уверен, что все это дело рук жены, уж кузине бы и в голову не пришло срамить честь рода.
«Сколько красивых молодчиков. Им давно пора отправляться на войну, а не искушать взоры дам. Как можно называться мужчиной, поигрывая на лютне и почитывая стишки?»
Губы испанца побелели от ярости, он ненавидел всех этих блестящих придворных, которые могли лишь говорить о подвигах, а в сражении командовать ротой солдат, как захочется и первым сбегать с поля боя. Альба отсылал назад весь обоз очередного князька, если бы только мог.
«В вверенной мне области подобное поведение не приемлемо. Дорогая, я разворошу этот рассадник порока, будьте покойны.»
«Железный герцог» нехорошо улыбнулся, предвкушая разочарование молодой женщины, когда ее воздыхатели, облачившись в доспехи покинут стены замка, и направятся на бойню. Все это было сущей мелочью перед тем, что было неминуемо. Герцог собирался узнать как низко пала Бьянка, до кого опустилась. Конюшие, управители мулов, или хотя бы молодые мальчики-пажи. Герцогине Альба следовало отвечать правдиво, на завтра мужчина собирался устроить показательную казнь. А их головы повесить перед окном супруги. Большего испанец сделать не мог. Бьянка – родственница Папы, даже ее пороки не могли смыть прав от рождения.
Федерико взял себя в руки, его лицо было спокойно и прохладно, мужчина зашел в комнату и посмотрел на женщину.
«Сколько притворства».
Ее одежда была проста и темна, точно у Бьянки был траур, герцог воспринял подобное на свой счет. К сожалению, жена никогда не могла угодить ему, казалось, в ее гардеробе совсем нет тех вещей, которые могли бы понравиться ему.
- Дорогая. Рад видеть Вас в добром здравии.
Федерико, улыбнувшись, подошел к женщине и, заключив в объятья, коснулся легким поцелуем ее губ. Тем самым уязвленный ревностью герцог желал увидеть на ее красивом лице хотя бы тень отвращения. Развратница, по его мнению, должна быть либо слишком покорной и ласковой, либо сдержанной и прохладной. Герцог не спешил разжать объятье, пристально всматриваясь в глаза жене.
«Их было несколько, а может для утех были приглашены люди из деревни?»
- Мои мысли были о Вас, дорогая Бьянка.
Каждое слово было подобно гвоздю, который мужчина вбивал в дерево.
- Я скучал. Вижу – Вы тоже.
Испанец улыбнулся, а глаза его  холодно и зло посмотрели на женщину, алкоголь давал ему возможность расслабиться. Если Бьянка – подарок Папы, то это его дело, как с ним обращаться.
- Ваше платье так и взывает к тоске, дорогая, чем же Вы так огорчены? Не пристало молодой женщине надевать на себя подобные наряды. Я уже давно говорил Вам обратиться к Анне Марии. Моя кузина знает толк в моде.
Отстранившись, мужчина взял женщину за руку и повел к креслу.
- Или может в мое отсутствие случилось что-то печальное, донна Бьянка? Расскажите мне. Я не хочу видеть мою жену в столь скверном расположении духа.
Ревнивые интонации стали проступать отчетливее. Герцог говорил любезно, но что-то волчье проскальзывало в его взоре.
«Конечно, грустное. Я вернулся, а молодой Амур вынужден томиться вдали и терпеть рогоносца. Что же Вы рассказывали обо мне, дорогая?»

+1


Вы здесь » Italy: the mystery of blood » . present » «Воссоединение четы Альба»